<< пред. << >> след. >>
* * *
Наиболее важной частью духовной культуры современных индейцев Венесуэлы следует считать их устное художественное творчество, столь тесно связанное с мифологией, что некоторые исследователи считают оба эти термина обозначением одного и того же понятия, почти синонимами. В течение нескольких веков, последовавших за вторжением европейцев, мифология венесуэльских (как и вообще латиноамериканских) индейцев всячески искоренялась. Причина этого негативного явления кроется прежде всего в принципиальной несовместимости католицизма, одной из главнейших форм идеологии классового антагонистического общества, с индейской «языческой» мифологией — одним из важнейших проявлений первобытнообщинной идеологии. Лишь при условии разрушения и подавления указанной мифологии, являвшейся идеологической основой существования независимого индейского общества как саморегулируемой системы, а также других элементов индейской культуры, обладавших высокой общественной значимостью, могла быть налажена и успешно функционировать система колониального господства Испании, а затем и других форм общественного устройства, основанных на эксплуатации и угнетении. Тем не менее, несмотря на все перипетии, на основе взаимодействия аборигенных культур с культурой европейских пришельцев, а позднее — венесуэльской испаноязычной национально-этнической общности индейская мифология (в том числе и в ее художественных проявлениях) в ряде случаев не только сохранилась, но и усложнила свое содержание и обогатила свои формы. Наличие развитой мифологии и ее значительная роль в общественной жизни современных индейцев Венесуэлы отмечаются многими исследователями. Так, автор этнографического очерка об индейцах гуарауно американец Джоханес Уильберт пишет: «Гуарауно обладают крайне сложной космологией, и жизнь индивидуума проходит в выполнении роли человечества по установлению партнерства с пантеоном сверхъестественных существ». «Поэтическая мифология этого лесного племени, — указывает Марк де Сиврие, имея в виду карибское племя макиритаре (или екуана), — обнаруживает сложность и богатство, о которых нельзя было подозревать. Она вполне может быть поставлена в один ряд с самыми известными мифами, которые вдохновляли человечество в Вавилоне, в Египте, в Греции или в доколумбовой Гватемале, населенной майя-киче».
О наличии разнообразного и богатого народного творчества (главным образом мифологического по содержанию) у индейцев племени яруро свидетельствует венесуэльский исследователь-индеанист Хильберто Антолинес.
Степень общественной значимости индейской мифологии определяется несколькими факторами. Отражение в ней самого широкого спектра природных и общественных явлений, наличие важнейшего атрибута художественности, а именно — образности превращают ее потенциально в арсенал и почву гармоничного развития искусства индейских этносов Венесуэлы. Индейская мифология важна и потому, что за мифическими сюжетами и образами могут стоять реальные исторические события и персонажи, и таким образом она превращается в косвенный исторический источник, если и не всегда дающий прямые указания и сведения, то во всяком случае содержащий материал для гипотез и размышлений. Так, миф индейцев гуарауно о происхождении их народа рассказывает, что в давние времена предки гуарауно, оскорбив богов, навлекли на себя их гнев и страшную катастрофу. Они должны были бежать из родных мест и только после долгого плавания прибыли в район своего нового обитания.
Этот миф натолкнул нас на мысль провести сравнение словарей языка гуарауно и языков малайско-полинезийской языковой семьи, в результате чего стало возможным предположить отдаленное родство между ними. Приведем некоторые примеры языкового сходства гуарауно с современным индонезийским языком:
Гуарауно
ko — вода
ka —нога, лапа
mu — глаза
dau — дерево
arao — человек
rani — мать
Индонезийский
kontjah — зыбь, маленькая волна
kais — рыться, разгребать
muka — лицо, выражение лица
daun — лист, а также составная (начальная) часть многих слов, обозначающпх растения и различные изделия из дерева
orang — человек
rani — княгиня, королева
ranak — рожать
Наконец, следует иметь в виду, что сюжеты индейской мифологии приобретают все большее значение в обстановке постоянно углубляющейся и обостряющейся идеологической борьбы на Латиноамериканском континенте в целом и в Венесуэле в частности. Дело в том, что некоторые из упомянутых сюжетов, осмысленные в соответствии с новыми социально-экономическими и политическими условиями, могут служить отправными пунктами для вовлечения индейского населения в общее русло того идеологического течения, которое связано с освободительными процессами (в том числе и коренного населения). Таков миф племени макиритаре о смерти культурного героя Ванади от рук Одоша — олицетворения зла, принесенного чужеземцами-конкистадорами, о неизбежной гибели мира Одоши и конечной победы сил добра.
Мифология и вообще устное творчество — главное, но не единственное проявление культуры коренного населения Венесуэлы. Замечательное зрелище представляют танцы индейцев. Так, у панаре подготовка к танцу начинается за несколько дней. Женщины готовят в изобилии чичу. Все члены общины, мужчины и женщины, взрослые и дети, раскрашивают тело яркими красками, нанося на лицо, шею, грудь, ноги разнообразные рисунки. Цепочка танцующих, ведомая главным, наиболее искусным танцором, движется по замкнутому кругу под аккомпанемент флейт и маракасов. Величественная и яркая природа служит как бы естественным дополнением к прекрасному зрелищу.
Высокохудожественные образцы народного искусства можно встретить среди игрушек, изготовленных взрослыми индейцами для своих детей: маленькие плетеные корзиночки для девочек, игрушечное оружие для охоты, музыкальные игрушки и т. п.
В последнее время среди некоторых групп индейского населения (например, гуахиро) стали возникать любительские, полупрофессиональные и даже профессиональные ансамбли, искусство которых порой достигает значительных высот.
Судьбы индейской культуры неразрывно связаны с перспективами прогресса общественных отношений венесуэльского общества.
<< пред. << >> след. >>
